Экспертный опрос: Выборы в России и мир после ХАМАС

Here is the visual representation of a scholarly setting where a group of experts is engaged in a deep discussion about geopolitical issues in the Middle East, focusing on Israel and Palestine.

Цель исследования

Проанализировать роль выборов в России и действий РФ по консолидации политических сил в Палестинской автономии, на ситуацию на Ближнем Востоке и перспективы мирного урегулирования здесь ситуации после разгрома ХАМАС».

Задачи исследования

  1. Спрогнозировать возможное изменения риторики президента России В. Путина по отношению к ситуации на Ближнем Востоке после его переизбрания на пост Президента РФ.
  2. Проанализировать потенциал усилий РФ по консолидации палестинских сил для создания Палестинского государства и мирного урегулирования арабо-израильского конфликта.

Обоснование темы исследования

Предложенная тема исследования логически продолжает и развивает линию предыдущих наших исследований:

В декабрьском исследовании ожиданий израильтян относительно внешнеполитической ситуации Израиля после разгрома организации ХАМАСа, эксперты прогнозировали возможное ухудшение отношений с РФ. Указанное исследование также выявило низкую поддержку идеи «двух государств» среди еврейского населения (16,2%), особенно среди религиозных израильтян (5-9%).

Экспертный опрос о «Палестине без ХАМАС» уже обозначил ряд сценариев развития ситуации без этой организации. Новое исследование позволяет вернуться к этим вопросам, но уже с учетом результатов выборов в России и проводимой ею политики на палестинском направлении.

Это тем более важно, что, как следует из результатов нашего опроса, В. Путин входит в тройку политиков, определяющих повестку на Ближнем Востоке (по мнению 31,3%).

Следует отметить, что несмотря на то, что большая часть израильтян в российско-украинском конфликте поддерживают украинскую сторону, тем не менее, риск ухудшения отношений с Россией в следствие того или иного участия Израиля в этом конфликте, занимает лидирующее место в их политическом мировоззрении. Это так же указывает на потенциал влияни России на различные аспекты глобальной и региональной политики.

Учитывая это, мы предположили, что предвыборная кампания в России может сковывать активность российского лидера в реализации миротворческрй политики на Ближнем востоке, и после ее завершения, политика может несколько измениться.

 Как ясно из осуществляемых В. Путиным действий в контексте ближневосточной политики, два основных и тесно взаимосвязанных направления, по которым ведется им работа, это а)  Формирование полноценной субъектности Палестинской автономии, и б) формирование мирной политики между Израилем и Палестинской автономией на основе ответственной и взаимовыгодной политики.

Готовность израильтян поддержать эти направления являются существенным фактором успешности действий В. Путина по мирному урегулированию палестинского конфликта, а результаты исследования такой готовности могут внести вклад в формирование информационной политики России, обеспечивающей ее политическую эффективность.

РЕЗЮМЕ ПО РЕЗУЛЬТАТАМ ИССЛЕДОВАНИЯ

На основе результатов экспертного опроса можно выделить несколько ключевых тезисов по теме влияния выборов в России и попыток РФ консолидировать политические силы в Палестинской автономии на ситуацию на Ближнем Востоке и мирный процесс, предполагаемый после разгрома ХАМАС.

По мнению большинства  экспертов, окончание предвыборной компании и собственно выборы вряд ли принципиально повлияют на политику России на Ближнем востоке, поскольку  рейтинги В.Путина и уровень поддержки его деятельности среди россиян достаточно высоки, и у него нет причин быть «осторожным» в реализации открытой политики на Ближнем востоке.  

«Было бы наивно ожидать, что выборы в России приведут к тектоническим сдвигам в ее ближневосточной политике. Но определенная коррекция курса с акцентом на палестинское направление вполне возможна. Хотя бы для укрепления собственного влияния». ««Выборы в РФ вряд ли станут game changer’ом на Ближнем Востоке. Разве что если Кремль решит активнее использовать палестинскую карту в своей геополитической игре, это может оживить мирный процесс. Даже если цель Москвы — прежде всего укрепить собственные позиции в регионе». «Определенная активизация дипломатических усилий возможна, но кардинального пересмотра курса не произойдет».

Что касается потенциала России в реализации заявленной ею политики на Ближнем востоке, то эксперты подчеркивают, что «Успех российских усилий по межпалестинскому примирению не гарантирован, но шансы на это выше, чем были у других внешних игроков. У РФ есть свои рычаги влияния на палестинские фракции»; «Попытки Москвы консолидировать палестинские силы могут принести некоторые тактические успехи, но без вовлеченности США их стратегическое влияние на мирный процесс будет ограниченным». Так же отмечается, что «Усилия РФ по консолидации палестинцев могут дать некоторый эффект, особенно на фоне раскола между ФАТХ и ХАМАС. Но долгосрочная устойчивость любых договоренностей под вопросом. Слишком глубоки и фундаментальны внутрипалестинские противоречия».

И хотя все эксперты единодушны во мнении, что ликвидация ХАМАС открывает определенное окно возможностей для активизации мирного диалога, однако «многое будет зависеть от позиции нового руководства автономии и готовности Израиля к встречным шагам. Одних усилий РФ недостаточно для прорыва в урегулировании».

С одной стороны, усилия России по формированию Палестинской автономии и ее субъектности как необходимого элемента мирного урегулирования ближневосточного конфликта, логичны и позитивно оцениваемы экспертами. Ими неоднократно подчеркивается необходимость наличия субъекта, способного нести ответственность за соглашения, достигаемые в результате переговоров. С другой стороны, для израильтян не так уж однозначно позитивным видится формирование такой субъектности, поскольку сильная палестинская автономия так же является и более рискогенным соседом Израиля. «А если при определённых условиях Палестинская автономия сможет занять лидерские политически позиции в арабском мире, то для Израиля это может оказаться критичным».

В этой связи важным аспектом поддержки израильтянами политики укрепления палестинской субъективности должно стать предложение и широкое освещение превентивных мер, включенных в международные договоры, обеспечивающих безопасность Израиля. И «к числу таких мер следует отнести реализацию Авраамических соглашений».

Как указывалось выше, практически все эксперты так или иначе говорят о наличии у России политического потенциала в регулировании конфликта на Ближнем Востоке.

Тем не менее, среди экспертов встречаются и пессимистичные и даже негативные ожидания о участия России в ближневосточной политике.  «Россия всегда преследовала на Ближнем Востоке свои имперские интересы. Так будет и после выборов. Любые ее инициативы по Палестине направлены против Израиля, даже если подаются под соусом «мирного процесса»». «Попытки Москвы привести к власти в автономии своих марионеток обречены. Палестинцы разобщены и никогда не примут внешнюю диктовку. Даже военное поражение ХАМАС не сделало их сговорчивее». «Единственный путь к миру — через прямой диалог Израиля с Палестинскими лидерами без вмешательства извне. Посредничество РФ, как и других игроков, только отдаляет перспективу урегулирования на наших условиях».

Так или иначе, эксперты отмечают, что Россия пытается усиливать свое влияние на выборы лидера нового Палестинского государства, который сможет продвигать интересы Москвы в Палестине и на Ближнем Востоке. Это вписывается в более широкий контекст борьбы за будущее Палестины, которое может склониться либо в сторону проамериканской, либо пророссийской ориентации в зависимости от того, «чей» лидер придет к власти. В случае «российского» варианта (эксперты склоняются к фигуре Марвана Баргутти), экономический блок, созданный в рамках Авраамических соглашений, будет дрейфовать в сторону  БРИКСа, отходя от традиционного партнерства Израиля с США и ЕС.

Таким образом, интервью выявил широкий спектр мнений в экспертной среде Израиля по обсуждаемой теме. При всех различиях в оценках большинство не признает вероятность активизации российской политики на палестинском направлении после выборов. Однако влияние этого фактора на перспективы мирного урегулирования оценивается по-разному. Нередок  скепсис в отношении способности РФ самостоятельно переломить ситуацию. В то же время эксперты видят потенциал для позитивной роли Москвы в рамках многостороннего формата и при координации с другими игроками. Ликвидация ХАМАС рассматривается как важное, но не решающее условие прорыва. Ключом к прогрессу остается политическая воля самих сторон конфликта.